Я всегда был примерным ребёнком. Хорошо учился в школе, выполнял все домашние задания, ходил на кружки. Закончил младшие классы как "надежда школы". Потом стало чуть тяжелее. Класс распался на группы. Я никуда не попал. Держал со всеми дружеские отношения. Чем дальше шло дело, тем усугублялось моё положение. Всё меньше друзей, всё больше курсов, учёбы. В виртуальной реальности я стал искать так необходимое мне общение. Родители ничего не знали. К концу 8 я привык. Я был своим среди чужих и чужим среди своих одновременно. Я в классе был нужен всем и никому. Такая вот странность. Занять денег, списать домашку, достать ответы на тест или контрольную, спросить совета.. Они шли ко мне.. Шли тогда, когда им что-то было нужно. В остальное время я для них не существовал.
Я всегда был примерным ребёнком. Немного замкнутым, задумчивым. Родители этого не замечали.
Я всегда был примерным ребёнком и домой проходил к восьми, если вообще выходил на улицу.
Я всегда им был, но только не сегодня...
Телефон в кармане разрывался от звонков. Чуть позже я совру матери, что задержался в гостях у друга. Она поругается немного, но быстро простит. А сейчас я шёл по безлюдной улице. Свернул в тёмную арку, прошёл по не менее тёмному двору. У подъезда курил парень, выше меня на полторы головы. Рука в кармане сжала рукоять. Он насмешливо взглянул на меня, его губы скривились в усмешке. Прокуренный голос противно басил. Я не слушал о чём он говорит. Надо было раскрыть бабочку так, что бы самому не порезаться. Он развёл руки, а я достал нож. Больше он ничего никому не расскажет...
Я всегда был примерным ребёнком.

— Что ты видишь? - его пальцы до боли сжали мои плечи, леденящий душу голос обжёг шёпотом ухо. Он был так близко, что я мог бы увидеть его краем глаза, если бы не смотрел так пристально на то, что было по ту сторону стекла.
- Д-девушку - неуверенно прошептал я, боясь отвести взгляд. - И взрослых...
— И что с ней делают? - его настойчивость требовала ответа, его мёртвая хватка не давала и шанса ускользнуть. Мне было больно, мне было страшно. Я хотел домой.
— Что они делают? - он терял терпение, мы теряли время. Драгоценное время.
- Не знаю...
Я знал. Я смотрел на девушку, на людей вокруг и знал, что они с ней делают. Они губят её, губят её индивидуальность, гасят в ней порывы к жизни, делают её такой как все, подгоняют под систему. Они...
Я не смог досмотреть до конца. Он резко развернул меня к себе и хорошенько встряхнул, да так, что перед глазами потемнело.
— Я не дам им сделать такое с тобой, слышишь? Я здесь для этого. Ты другой.. У тебя получиться.. Ты сможешь.. сможешь..
Он был ужасен. Его кожа растрескалась и просвечивала изнутри. На его лице разошлись трещины. Из под черноты виднелся свет. Он был силён, но нуждался в помощи. Все мы нуждаемся. Помощи не было. Его почти сломали. Он почти зарос. И последнее, что он решил сделать перед тем, как стать такими же как они - спасти меня...
Я ещё долго буду вспоминать его с грустной улыбкой на губах. Он стал моим героем... моим кумиром... Сражавшимся до конца и погибшим за свою мечту.. мечту быть свободным..
Я обещаю гореть.. гореть ярче всех и никогда не гаснуть во имя тех, кто пал, во имя тех, кого сломали, ради тех, кому нужна помощь и тех, кто постоянно борется ... Я буду гореть... Обещаю тебе, я никогда не сдамся...

Я не хочу жить с комком внутри меня, который, когда становится всё больше и больше, давит на меня изнутри, который я чувствую даже физически. Пожалуйста, помогите мне разобраться в себе и поддержите меня, даже если вам от этого ничего не будет.

Я по жизни очень жизнерадостный и весёлый человек. Просто чтобы вы понимали, меня не так трудно довести до депрессии или чем-то быстро расстроить, я во всём вижу какие-то плюсы и стараюсь не обращать внимания на всё со словами "и это пройдёт".

Все проблемы начались после того, как я узнала, что отец изменяет маме. Но я узнавала об этом постепенно, в течение полугода. Папа начал пить всё чаще и чаще, у моей сестры на фоне всего этого случилась анорексия. Мне надоело видеть как плачет мама и надоело то, что я понимаю их с папой ситуации, но не могу найти одного выхода так, чтобы все остались счастливы. Чем-то нужно жертвовать, но жертв и так слишком много. Я поступила в университет на специальность, которая мне неинтересна и на которую меня заставил поступать отец(точнее его новая пассия). В универе друзей нет. Вы понимаете, я привыкла к дружбе искренной, дружбе ради дружбы, взаимопонимания, взаимопомощи. Мне кажется слишком наивно думать так сейчас, но мне противно смотреть, как заводят друзей из выгоды, для "связей", для своего карьерного роста. Я общаюсь с ребятами из факультета, на который мечтала поступить, но они не принимают меня в свою компанию полностью и я чувствую себя изгоем, что у себя, что в их компании. Завтра новый год, который благополучно начался со скандала родителей в пять утра. Мне трудно заводить новые отношения, я постоянно чего-то боюсь и мне до жути трудно открываться людям. Я не хочу так больше, и я не знаю с чего начать.

Не знаю, получилось как-то отрывисто и нелепо.

И нет давно людей тех близких,
С которыми царил в душе покой.
И в голове моей полно тех склизких,
Тех мрачных мыслей мне заупокой.
И смысла лишены мои страданья.
Мой плоский мир погряз в них с головой.
И не услышишь ты мои рыданья,
Зато бываю часто я хмельной.
Зажги в церквушке маленькой мне свечку -
Пусть проклянут святые жизнь мою,
Но пистолет ведь сделает осечку.
Я каждый день сильнее устаю,
Страдаю, но всё равно ведь не сдаюсь, -
Держусь, борюсь, не унываю
И заново я создаюсь -
Из пепла, праха вызреваю.

Ночь пахнет звёздами, я знаю
Услышу шёпот в тишине,
Когда внезапно осознаю
Я не в реальности - во сне.

— Мы всё переживём. - Шептал он, прижимая меня к себе. Мне было плохо, мне было больно. В голове крутилась навязчивая мысль, что во всём виноват я. Как всегда. Меня никто не винит, но я знаю правду. Прогремел гром. Дождь закапал сильнее. Люди потихоньку расходились. Уже спустя несколько минут на нас обрушилась стена воды. Он всё так же прижимал меня к себе. Мы стояли вдвоём у свежей могилы. Сегодня мы похоронили нашего друга и товарища. Он не был первым, чью смерть я видел, и не станет последним. Я знал это. Макс погладил меня по мокрым волосам и сильнее прижал к себе. Замерзающими пальцами я впивался в его пальто. Всё то время, пока шли похороны я не проронил ни слезинки. Стоял спокойно и смотрел на то, как родственники плачутся друг другу, как друзья прощаются с покойным. Мы стояли чуть в сторонке, будто были и не приделах. Будто просто проходили мимо и остановились понаблюдать. Но теперь маска спокойствия сломалась...
Мы могли отойти под дерево или сесть в машину. Но Макс не отпускал меня и не двигался с места, до тех пор, пока я сам не успокоился. Промёрзнув до костей я наконец отодвинулся от него и утёр капли дождя вперемешку со слезами. Не знаю плакал ли Макс или это дождь, но выглядел он спокойным, хоть и опечаленным.
Мы наконец сели в машину. Тут немного теплее. Я неотрывно следил за отдаляющейся могилой. Больше мы здесь никогда не появимся.
— Мы всё переживём. - повторил Макс тихо и снова приобнял меня, прижимая к себе. - Я же рядом.


- Она бросила меня... Что.. Что я делаю не так? После всего, что у нас было.. Как.. Как так? А он.. Как он мог.. Мы же были лучшими друзьями. Мы были как братья! Он обещал! - Я с силой задвинул полочку с клавиатурой, смотря на экран компьютера. Только что произошло два неприятнейших момента. Меня бросила девушка и предал лучший друг. И пусть даже эти события не связаны между собой, легче от этого не становилось. Почему это произошло? Что опять я сделал не так? Снова в чём-то виноват? Я вскочил с места и помчался к единственно оставшемуся мне верному человеку. Вокруг Макса собралась шумная компания. Кого-то я знал давно, а кого-то видел впервые.
- Макс пошли. - я встал в дверях, сверля брата взглядом. Он непонимающе уставился на меня, отставляя бутылку пива в сторону.
— Куда?
- Гулять. - я бегло оглядел всех собравшихся, прекрасно понимая, что поступаю весьма эгоистично. Но мне это было необходимо. Мне нужна была его поддержка и пара утешительных слов или хороший подзатыльник. Только он мог вернуть меня в прежнее русло, доказав что всё херня, ведь "Мы всё переживём", он же рядом.
— Простите, дамы. - улыбнувшись проговорил он, выпутываясь из объятий двух совершенно незнакомых мне девушек. Они пытались его удержать, вернуть обратно, наигранно обижаясь и строя грустные выражения лица. Кто-то из ребят сказал, что прогуляться - не плохая идея, но Макс быстро осадил его. - Братский долг, ребят, ничего личного. Мы скоро вернёмся. Не скучайте.
Он приобнял меня за плечи и мы вышли в коридор. Макс привалился к стене, неспешно обуваясь и натягивая на футболку чью-то толстовку.
— Ну так и куда идём? - спросил он, как только мы вывались из подъезда.
- Гулять. - ответил я и двинулся вперёд по улице. Он догнал меня и снова обнял, притормозив.
— Куда ты так летишь? Что случилось?
Всё последующее время я рассказывал ему ситуации и что случилось. Он выслушивал, вникал в слова, молчал минут 5 и только потом что-то мне отвечал. Мы прошли добрых три микрорайона, прежде чем я полностью успокоился. Но на предложение пойти домой ответил что хочу ещё прогуляться. Спустя ещё один микрорайон у меня стали ощутимо болеть ноги. Желудок проворчал, что не плохо было бы и поесть. Я попросился домой. Идти тем же путём - долго. Я предложил сократить через дворы.


Я обернулся, что бы спросить у брата куда идти дальше. Эти дворы я почти не знал, но всё равно порядком убежал вперёд. Но обернувшись я застыл как статуя. В памяти не сохранилось картины в целом. Тот момент я помню лишь по отрывком. Мой брат стоит немного скрючившись, держась за живот. Его покачивает, совсем слегка, и я бы подумал что ему просто поплохело от алкоголя, если бы не одно но.. Там был кто-то ещё. Обеспокоившись самочувствием брата я окликнул его. И именно после этого кто-то сорвался с места и убежал в арку, перед этим что-то бросив. Я снова окликнул брата, уже более обеспокоившись. Я шёл к нему быстрым шагом и сорвался на бег, как только он упал. Он прижимал руки к животу. Его руки были в крови. Пятно на футболке становилось всё обширнее. Паника, ступор. Мне стало страшно. В горле встал ком, я не мог произнести и слова. Что же.. делать? Скорая.. Я достал телефон и.. Всё было против. Все чёртовы обстоятельства были против нас. Симка в телефоне была российская, номера местной скорой я не знал, но даже дозвонись я до них... Где мы? Эта местность совершенно была мне незнакома. Я пытался звать на помощь, но кто ночью будет ходить через дворы? Нужно было выбежать на главную улицу, там кого-то найти и попросить о помощи, но я боялся оставлять его одного. Драгоценное время уходило сквозь пальцы. Не помню что заставило меня побежать, но я сделал то, что должен был. Главное улица, попросить о помощи, вызвали скорую. Он ещё был жив, я видел как он дышал. Я думал что спас его... Думал что смог.. Он не доехал до больницы. Слишком много крови потерял.
Макс умер... умер буквально у меня на руках. Умер из-за меня. Если бы я только не убегал так далеко, если бы я не предложил сократить путь через дворы, если бы согласился вернуться домой раньше, если бы не просил его со мной погулять... Если бы не я, Макс был бы жив.
Я не был на его похоронах. Я неделю не выходил из дома, месяц ни с кем не разговаривал. Я избавился от всего, что могло мне напоминать о брате, но это было бесполезно. Я корил себя за его смерть. Я был виноват... Макс... А где же наше "мы всё переживём"? Где оно теперь..


Кто-то коснулся моего плеча и я вздрогнул от неожиданности. Вытащил наушник и приподнял голову. Мама закрывала открытое настежь окно.
— Что-то случилось? - немного обеспокоенно спросила она, взглянув на меня. Я вытер рукой покрасневшие от слёз глаза.
- Всё хорошо. Видно уснул. - я медленно поднялся с пола, разминая немного затёкшие конечности.
— А чего плачешь тогда? - Она задёрнула штору, не сводя с меня взгляда.
- Песня грустная - вяло улыбнулся я, вешая наушники на шею.
— Не сиди больше на полу под открытым окном - она забрала со столика грязную кружку и пустую бутылку. - И давай ложись спать, поздно уже.
Я лишь кивнул и подошёл к окну, взглянув на небо. Я всё переживу, Макс. Обязательно. Я всё выдержу, ради тебя.

Дорогие мои, с Новым годом!
Я всем вам желаю счатья, исполнения желаний, здоровья!!!
Если кого-то обидел в предыдущем году, прошу простить!


З.Ы.
Если кто-то понимает разницу между "Свадьбой Фигаро " и "Севильским цирюльником", напишите мне, пжлст!
Всем отличного настроения!!!!!!

я бы тоже хотел отталкиваться от низин,
непробивным панцирем обрастать,
как они очищают книжку свою от грязи,
как у них духа хватает дальше её листать.

прячут сердце, смолотое в фарш,
вылечивают таблетками систему нервную,
я бы тоже хотел свою боль понимать, как стаж
и черпать из неё энергию.

как они просыпаются на мокрой от слёз подушке,
улыбаются, идут сварить себе кофе и каши пшённой,
я бы тоже хотел после каждого из удуший
становиться сильным, чистым и воскрешённым.

и простите, что порчу одну из любимых фраз,
но я знаю одно, после того, как меня месило:
то, что не смогло убить тебя в первый раз,
просто начнёт убивать тебя с новой силой.

(с) Неон Ас

Сидя в пустой комнате я думал о смерти. О чём ещё думать, когда ты уже на грани? Пальцы невольно сжимают рукоять пистолета. Это всё неправильно. Это не выход. Я чётко это осознаю.
Не раз отговаривал других от попыток покончить с собой. Но что бы я не говорил им, во что бы не заставлял их верить - сам поверить в придуманную мною же иллюзию я не мог.
Это тот самый момент, когда всё становится не важным. Семья, друзья, учёба, работа, карьера... Ты смотришь на эти вещи с должным равнодушием и неким отвращением. Вот те, кто говорил что любят. А вот те, кто не оставят. Вон там, кто обещал быть рядом. А эти просто слепо говорили "всё будет хорошо".
Хорошо... Чего же может быть хорошего в этом жалком существовании? Куда не глянь - везде грязь и фальшь. Пусть улыбаются незнакомым прохожим и строят из себя тех, у кого всё хорошо. Мне надоел этот театр с его бесконечным спектаклем.
Тлеющий огонёк сигареты почти дошёл до фильтра. Я лениво стянул с руки остатки бинта. Совсем недавно я распорол себе руку. Нет, вены не вскрывал. Просто то омерзительное чувство болезненно рвалось наружу, вот я и выпустил его. Рана всё ещё немного кровоточила, жгла и болела, но это ничто по сравнению с тем что творилось внутри.
Огонёк почти дотлел. Я до боли сжал руку с пистолетом. Не надо быть провидцем, что бы знать, к чему привёл такая потеря. Но какое мне дело до того, что будет? Если меня не станет вот сейчас?
Я по привычке затушил сигарету о рану, закрыв глаза от новой возникшей волны боли. А дальше всё на автомате. Снять затвор пистолета с предохранителя, навести на цель и медленно, закрыв глаза, спустить курок. К чёрту этот мир.

Бам, господа. Время в своей быстротечной манере живенько закончило еще один год.
Эта дурацкая традиция подводить итоги в конце года заставляет ненавидеть меня данный праздник еще больше.
Эта дурацкая традиция закатывать очередную пирушку, накрывать поляну лишь по случаю того, что мы безнадежно спустили в вечность еще один год.
Еще один год. За этот год мы стали старше. Мы многое не успели сделать или сказать. И эта гребанная надежда в сердце заставляет мечтать, то в наступающем году ты обязательно станешь счастливее. Обязательно исполнишь мечту. Обязательно найдешь новую мечту. Обязательно все изменится. Обязательно к лучшему.
Вся эта новогодняя праздничная мишура много кому мешает понять, что это обычная ночь. Такая же, как и все те, в которые ты не мог заснуть, потому что завтра опять на нелюбимую учебу/работу. Эта ночь не привнесет ничего необычного, оставит лишь привкус противного оливье и выдохшегося шампанского.
И это как замкнутый круг. И нет спасения от бесконечных поздравлений и пожеланий всего наилучшего.
Еще один год. Еще один срок моего личного Дня сурка длинною в год.

Конец года был довольно напряжным, и только сегодня заметил, что во всей этой суматохе, я как то и не выделил время на традиционную предновогоднию депрессию. Так в принципе и не плохо, буду завтра наверстывать.